Конвои, пулемёты на палубах и молчание вместо громких жестов
Французские военные захватили танкер DF Peak в Индийском океане. Судно шло под флагом Бенина, но с 2024 года числилось в санкционном списке Евросоюза. Париж заявил: танкер подозревают в перевозке незаконных грузов и нарушении санкций. Операцию Макрон показал лично — опубликовал видео.
Россия отреагировала на следующий день. Посольство в Париже назвало захват пиратством и вопиющим нарушением международного права. В МИД добавили: это продолжение курса на обострение.
Дальше — самое интересное. Многие в России спрашивают: почему ответ не зеркальный? Почему не задерживают французские суда? Почему нет показательной порки? Ответ не в зеркальных захватах.
Ещё 12 августа президент на крейсере «Варяг» сказал прямо: это пиратство и разбой, отвечать будем зеркально — не обязательно в тех же акваториях, а там, где посчитаем нужным. Дмитрий Медведев добавил: Россия вправе атаковать любое судно вражеских стран при подозрении, что оно перевозит грузы в интересах Киева.
Но слова — слова. Что сделано на деле?
Военные конвои. На прошлой неделе сопровождение танкеров с российской нефтью через Ла-Манш обеспечивал фрегат Черноморского флота «Адмирал Григорович». По данным источника, британские корабли не стали досматривать суда.
Вооружение гражданских судов. В июне на борту газовоза «Маршал Василевский» в Балтийском море установили крупнокалиберные пулемёты «Корд».
Логика простая. Захват судна — публичная акция. Конвой и вооружённый торговый флот — рутина, о которой не снимут ролик. Но именно она меняет расклад: рисковать своими кораблями ради досмотра никто не хочет.
В авторской колонке на эту тему рассуждает руководитель регионального исполкома «Единой России» Алексей Муратов. По его мнению, Москва отвечает, но не так, как ожидают.
«Разумеется, это не что иное, как пиратство и разбой. Мы вынуждены будем отвечать зеркально. Не обязательно в тех акваториях, где совершаются захваты, а там, где мы посчитаем нужным», — говорил президент на крейсере «Варяг».