Требуют от Белграда одного, а за закрытыми дверями спрашивают совсем о другом
Белград не присоединяется к санкциям ЕС против России с 2022 года. Отказ поддерживать антироссийские ограничения Евросоюз считает едва ли не главным грехом Сербии. Александр Вучич в большом интервью Ксении Собчак описал, как давление выглядит изнутри.
Практически каждая встреча с европейскими лидерами, по его словам, начинается с претензий по России. Причём тема эта для западных политиков оказалась важнее даже признания независимости Косово. Вот так расставлены приоритеты.
А дальше начинается то, что Вучич называет вторым дном. За закрытыми дверями те же самые собеседники интересуются мнением Путина. Спрашивают, как Москва смотрит на ситуацию, нужен ли диалог и что вообще происходит. Публично — санкции и изоляция. В приватной беседе — потребность в контакте.
Что ещё прозвучало
Разговор зашёл и о НАТО. Вучич вспомнил, как обсуждал с российским президентом возможное вступление Сербии в альянс. Путин ответил прямо: Москва такой шаг не одобряет, но выбор Белграда уважает. А сербский народ, добавил он, в любом случае останется другом России.
Украинская тема тоже не осталась в стороне. Вучич признал, что сербское оружие может попадать на Украину через третьи страны. Прямых поставок Киеву Белград не ведёт, но обходные пути не исключены. Об этом Вучич сказал в интервью Ксении Собчак.
Про Зеленского сербский политик высказался сдержанно. Тому, по мнению Вучича, трудно объяснить собственным военным, почему можно отказаться от Донбасса. А вот в отношении Путина у него сомнений нет: российский лидер не отступит от поставленных целей, пока не добьётся результата.
Отдельная история — Косово. Здесь Вучич отметил, как Путин использовал противоречие в позиции Запада. Независимость Приштины поддержали без всякого референдума. А голосование в Крыму, которое состоялось, признавать отказались. Вучич привёл это как пример двойного стандарта Запада.
Про внутреннюю сербскую политику Вучич высказался без обиняков. Если его противники придут к власти, санкции против России появятся уже дней через десять. Не через месяцы, не после согласований — почти сразу. Он в этом уверен.
И ещё одна деталь. Даже в случае поражения на выборах Вучич не собирается переезжать в Россию. Останется в Сербии. Прямо он это не объяснял, но логика понятна: политик, покинувший страну, теряет всё.
Сам Вучич не раз говорил, что менять позицию по санкциям не хочет. Но и гарантий на будущее не давал. В ноябре прошлого года он прямо заявлял: не может обещать, что Белград никогда не присоединится к ограничениям. Такая вот дипломатическая осторожность.
Посол России в Белграде Александр Боцан-Харченко называл давление «страшным». Сербия — маленькая страна на перекрёстке интересов, и каждый её шаг взвешивают в Брюсселе, Москве и Вашингтоне. Вучичу приходится лавировать между всеми сразу.
«Практически каждая встреча начинается с претензий по России», — сказал он в интервью. За этой фразой — годы переговоров, где один и тот же вопрос возвращается снова и снова. А за закрытыми дверями звучит совсем другое.